22:55 

Ассорти-анон
О’Райли
Название: Ti amo
Размер: мини
Пейринг/Персонажи: Чернеткин
Категория: слэш
Жанр: романс
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: своеобразное признание
Дисклеймер: Конфеты и марки принадлежат своим правообладателям.
Предупреждения: вбоквел к пионер!АУ, сонгфик, юст, не бечено

В лагере царило оживление, особенно в домиках пятого, самого старшего отряда – вечером обещали дискотеку. Рафику с его вторым можно было особо не переживать, но волнением, взбудораженностью и предвкушением зацепило и их, не иначе как воздушно-кактусовым путем. Девицы сразу после ужина удалились в свои комнаты, и слышны были только смешки, шушуканье да возгласы «Где моя помада?!». Никакого внимания окружающим, заготовившим отборных ящериц, лягушек и пару мышек. Его пацанва заскучала в отсутствие привычных объектов для шуток, лишь изредка кто-нибудь из бродивших по коридорам и дворику втягивал голову в плечи после особо возмущенного вопля о помаде, да старался скрыться побыстрее - помада вместе с зубной пастой и шариковыми ручками с особо жирными стержнями к этому моменту уже спокойно лежала в каком-нибудь тайнике в ожидании последней перед отъездом ночи.
Одна только малышня из первого вольготно носилась по лагерю, полностью игнорируя уговоры вожатых отправиться спать, и вообще чувствовала себя прекрасно и чудесно. Их, конечно, угомонили, загнали по кроватям и даже практически всех усыпили вечерней дозой политинформации о шоколадных плантациях на африканском континенте, но победа далась вожатым дорогой ценой – на дискотеку уже не хотелось, хотелось упихать всех без исключения детей в автобусы и спать.
Дискотека началась по расписанию, сначала культурная часть, затем – массовая. Одобрительно вопящая радующаяся толпа дорвавшихся до танцев обитателей лагеря «Красный Октябрь» требовала гораздо меньше внимания, чему вожатые были несказанно рады и потихоньку занялись своими делами. Раф воспользовался шансом и ускользнул, спрятавшись в известном с детства тайном укрытии, практически на открытом месте, но если не знать, куда смотреть – ни за что его не обнаружить. Ему нужно было подумать.
Думал Раф и так, и эдак, и по всему выходило, что как раньше жить не получится. Как ему на линейках, планерках и летучках смотреть на Чернова и не становиться одного цвета со своим галстуком, а уж наедине… Рафик нервно развязал и снова завязал галстук, с силой затягивая узел.
- Тренируешься? – внезапно прозвучало за его спиной.
Раф подпрыгнул, в процессе развернулся и, приземлившись, удивленно уставился на Чернова. Ха, кто еще мог произнести эту фразу с невозможным на первый взгляд сочетанием язвительности и смирения с происходящим, да еще и оказаться в доселе, казалось, известной только воспитанникам тайном укрытии. «Врали все на парах по диалектическому материализму, про первичность» - промелькнула у Конфеткина внезапная мысль и сразу же затерялась в буре вызванных появлением заведующего эмоций. А если сейчас весь лагерь, ну ладно, не весь - половина, решат сюда заглянуть? А тут он весь взъерошенный, нервничающий, наедине с заведующим. Хотя то, что нервничающий, это как раз объяснимо тем, что он наедине со строгим и требовательным заведующим.
- А... Э… Ммм…
Рука Рафика вне зависимости от его воли потянулись к шее – поправить галстук, но, заметив, как Чернов сжал челюсти и вообще повысился градус напряженности, Раф схватил одну руку другой, чтобы не дернулась, и решил вообще от греха подальше заложить руки за спину.
Пауза затягивалась. Заведующий стоял молча и смотрел то на Рафа, то на окружающие деревья и выглядел так, словно дел у него нет никаких, зато времени есть сколько угодно. Конфеткин же понятия не имел, что в этой ситуации делать дальше. Больше всего хотелось смыться, но уйти просто так явно не получиться. Раф мучительно искал повод уйти или хотя бы найти нейтральную тему для разговора, но тема никак не находилась. Молчание становилось для Рафика все тягостнее, градус напряженности увеличивался.
Тем временем на танцплощадке бодренькая танцевальная музыку закончилась и вместо нее зазвучала песня из тех, под которую ребята посмелее могут парами медленно потоптаться на месте, а остальные продолжать дрыгаться и колбаситься. Это был шанс.
- Я пойду? Спрошу у Натса, что играет. Он, естественно, проверил, что там все в порядке, но я точный перевод у него спрошу, на будущее.
Раф сделал шажок, но…

- Люблю тебя – во сне и наяву,
Люблю тебя – всем доводам рассудка вопреки,
Люблю тебя – пусть расставание впереди,
Люблю тебя – и нет больше холода в моем сердце.

Конфеткин замер. Вселенная внезапно свернулась до растущих вокруг деревьев, и пространство внутри стало заполняться темнотой. Раф ощущал себя тонущим в этой теплой темноте словно в меду. А еще – до странного нежелающим избавляться от такого наваждения. Откуда это, почему, ведь это всего лишь слова…

- Взлететь так высоко, и покоренным быть тобой,
Как ненависть сплетается с любовью,
Как бабочка трепещет крыльями в последний раз.
Смелость извиниться и вернуться,
Когда последний сдан рубеж для близости,
В памяти храни лишь то, что я есть на самом деле,
И открой мне дверь.

Раф очень четко осознал, что никуда не сможет уйти, пока по его коже скользят эти негромкие, глуховатые, округлые звуки, а складывающиеся из слов фразы проникают прямо в голову и превращаются в такое... такое…

- Ты пьянишь сильней вина,
Ты насылаешь сны, хрупкие как у ребенка, мечтающего о чудесах.
Позволь обнять тебя и получить в ответ объятия и ласку,
Позволь дразнить, позволь любить тебя,
Твоя благосклонность как солнечный свет.
Прости – люблю тебя,
Помни обо мне – люблю тебя,
Люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя… *

Раф зажмурился. Все равно уже почти ничего не видно, а с закрытыми глазами темнота вокруг отозвалась яростными трелями сверчков, перешептыванием листьев над головой и затихающим рефреном песни на неизвестном языке. Бросало то в жар, то в холод, хотелось снять ставший слишком тугим галстук, а то дышать получалось с трудом.
Конфеткин рискнул открыть глаза. Оказалось, что теперь видно гораздо лучше, хотя сразу же Раф пожелал наткнуться на какого-нибудь жука. Иначе взгляд его притягивал застывший на месте заведующего сгусток теней. С какой-то отчаянной четкой ясностью Раф понял, что решать ему и только ему. Откуда взялась это абсолютная уверенность непонятно, но здесь и сейчас следующий ход - за ним. А это означает, что он может, наконец, вспомнить, что он комсомолец, должен подавать пример младшим. Следовательно, он должен одернуть рубашку, поправить галстук, вежливо попрощаться, выйти к танцплощадке и отправиться к своим подопечным, проконтролировать их отход ко сну, выспаться самому и с утра с новыми силами следовать в светлое завтра.
Конфеткин одернул рубашку, расправил плечи и спросил:
- С галстуком не поможете?
Сгусток мрака, вновь оказавшийся Эдуардом Черновым, сделал шаг. И еще один.
***


*Сосредоточенно* - Так затянул - точно придется резать.
*Смущенно, расстроенно* - Может, зубами попробовать?
*Тихо, обреченно* - Конфеткин… скажи, ты так издеваешься?

***

Раф посмотрел на него так, что сразу стало понятно - не было никаких иных мыслей, кроме высказанных. Да Чернов и не сомневался, просто молчать невмоготу. А потом подошел ближе, совсем - совсем близко, склонился и да, сделал именно это - принялся развязывать узел зубами. Рафу же оставлось только замереть и изо всех сил стараться не вцепиться в плечи обжигающего его шею рваными выдохами Эдуарда Ронднуаровича. Через несколько секунд Чернов передвинул узел на другую сторону шеи Рафа - не ему одному же мучиться, ну и увлекся слегка: отступать перед каким-то узлом - да никогда. Узел потерпел поражение, Чернов торжествующе хмыкнул и приступил к доразвязыванию. А то, что при этом его пальцы оказывались на рафовой шее как раз там, где все быстрее бился пульс или останавливались на впадинке у горла, так это всякое бывает...
Фраза "Последний танец!" и последующий за ней расстроенный единый вопль танцующих хорошо замаскировали два тихих разочарованных выдоха.
- Пора. Беги давай к своим, пока они весь лагерь не разнесли.
Раф молча кивнул, взял протянутый галстук и потянул его из пальцев Чернова. Тянулось плохо, словно пальцы никак не хотели расставаться с измятой алой тканью.
- Иди уже, - словно это не он задерживает Рафа, все никак не отпуская соединяющий их кусок шелка.
Наконец Раф выбрался, пригладил растрепанные сверх обычного волосы, огдяделся и побежал к шумящей танцплощадке. На полпути он вдруг вспомнил, что так и не спросил, откуда заведующему стало известно про это место. "Ладно, в следующий раз спрошу", - подумал он и почти не смутился от уверенности в том, что этот следующий раз обязательно будет.

Использован вольный пересказ текста песни Umberto Tozzi "Ti amo"
Желающим заценить оригинал ссыль www.youtube.com/watch?v=FvkMCEhXjRM
Текст и переводы it.lyrsense.com/umberto_tozzi/ti_amo-ut , perevod.megalyrics.ru/perevod/umberto-tozzi-and... , it.lyrsense.com/umberto_tozzi/ti_amo

@темы: Слэш, Ронднуар, Рафаэлло, Пионер!АУ, PG-13, Фанфики

   

Время десерта!

главная